дек 6, 2016

Военный врач спасает орчан от синусита


Доктор хроникс

 
Нос – это «ворота» для всевозможных вирусов и бактерий, которые максимально активизируются как раз зимой. Именно при дыхании в организм могут попасть инфекция, аллергены и токсины. В скором времени обещают вспышку ОРВИ и гриппа, от которого орчан так активно и, будем надеяться, небезуспешно прививали. Но и с пустякового насморка могут начаться серьезные проблемы, поэтому «в сезон соплей» специалисты взаимосвязанной системы «ухо – горло – нос» приглашены в нашу сегодняшнюю рубрику.

Военный врач спасает орчан от синусита

Единственный оперирующий лор-врач в Орске, которому ежедневно «не дают прохода» орчане и жители всего восточного Оренбуржья, – С. Фартушин. После долгой журналистской атаки в свободные от операций полчаса Сергей Викторович все же пообщался с корреспондентом «ОХ».

До того как спасать орчан от синуситов, гайморитов и отитов, выпускник Самарской военной медакадемии в 90-х годах побывал во всех горячих точках. Еще молодым человеком в составе Пермского спецназа начмедом полка прошел Карабах, Степанокерт, Азербайджан... Чуть где какая заваруха – часть посылали в зону конфликта.
– Где я только не был! – вспоминает Сергей Викторович. – Тогда действовало военное распределение, выбора не было. Когда уволился, встала дилемма: каким врачом быть. Выбирал между травматологией и лор-практикой, выбрал последнюю. Основную специализацию проходил в Сибири, в Новокузнецке, где самая сильная база по лечению лор-болезней. Приехав в Орск, сразу стал заведующим отделением в горбольнице № 3.
Сегодня отоларинголог с военным прошлым и 24-летним стажем лор-хирургии, отметивший свой 50-летний юбилей, ведет прием в поликлинике горбольницы № 2 и оперирует в лор-отделении стационара. Три года назад в связи с модернизацией и открытием перинатального центра службу перенаправили в ГБ № 2. Врачи тогда были, но вскоре все разъехались по другим городам. Койки сократили, ставки урезали – выбора не оставалось. Сейчас ситуация такова, что порой трудно найти дежуранта.
Операции у Фартушина расписаны до мая. Попасть к специалисту можно только по направлению от лор-врача поликлиники. И только отсидев огромную очередь. И, может быть, не однодневную…

Лор-врача в операционную калачом не заманишь

– В Орске настоящая проблема с оперирующими отоларингологами, – говорит Сергей Викторович. – Все это знают, так что катастрофическая ситуация не секрет. Я как-то был на кафедре лор-болезней в медакадемии, где ходит целая толпа студентов. Подхожу к завкафедрой и узнаю, что молодежь, увы, работать не настроена. В крайнем случае, капельки в поликлинике будут выписывать, а оперировать нет. Областной лор-врач даже ходил на выпускной вечер в медакадемию: быть отоларингологом не захотел никто. Идут в гинекологи, анестезиологи, травматологи. Как-то известный хирург мне сказал, что лучше «тысячу раз залезет в живот, чем в эту вашу шею». Признаться, шея – весьма сложная зона. Недавно прооперировал молодого человека 28 лет – перевязал ему сонные артерии, только так остановив кровотечение. Парень просто умирал, потеряв почти всю кровь после травмы. Шею все боятся оперировать, а мы там как дома. Как ножевое ранение в горло, травма пищевода инородным телом – хирурги вызывают меня на помощь.

Для Фартушина обычное дело – так называемое дежурство на дому, когда в сложных случаях приезжает «Скорая помощь» и привозит врача к операционному столу. Кроме того, в неделю проходят от 20 до 25 человек, а у каждого может быть по 2, 3, 4 плановые операции одновременно. Оперативная активность лор-отделения – самая высокая: больше 80 (!) процентов в месяц. Если пациент ложится в стационар, то в основном для хирургического вмешательства. Они проводятся эндоскопически с использованием экрана.
– Эндоскопическое обследование позволяет диагностировать те вещи, которые мы никогда не видели в налобный рефлектор. Эта штука давно за рубежом в музеях лежит, – вздыхает Сергей Викторович. – Например, на днях была женщина, причина головных болей у нее не была понятна. Зашел эндоскопом – а там «растет зараза». На первом месте среди лор-заболеваний стоит этмоидит – это воспаление клеток решетчатого лабиринта, где нарастают полипы. Вчера из пазух носа мужчины вытащил целую банку полипов.

Откуда берутся такие ужасы

– Большую роль играет общая аллергизация населения, – отметил Фартушин. – Плюс травмирование, к примеру в драках: нос сломал, ухо порвал, шею проткнули... Когда нарушается анатомия носа, приходится оперировать. Но самое главное – люди не могут вовремя попасть на амбулаторный прием в поликлинику. Все по той же причине – нехватка врачей. Начинается хронический процесс, обострения, осложнения. Порой пациенты поступают в больницу тогда, когда уже нужна экстренная помощь.
Большая доля пациентов отделения – молодежь. Помимо неотложных проблем, молодым мужчинам исправляют кривую перегородку носа, удаляют кисты пазухи – это противопоказания для поступления в военные учебные заведения. Представителям более старшего поколения, у которых возникают проблемы со слухом, проводится сосудистое лечение, выписываются слуховые аппараты.
Сергей Викторович делает операции за считанные минуты. Талант и опыт не дают ошибиться.
– Но осложнения бывают, – признался он. – Где-то раз в три-четыре года. Сейчас много ВИЧ-инфицированных, такие люди по-разному реагируют на операцию. Много онкологии. Залезешь в шею, а там раковая опухоль. Онкологических больных мы оперируем достаточно много. Затем они направляются на химио- и лучевую терапию. Онкологи этим не занимаются – некому. Нам деваться некуда. Очень много рака голосовых складок, надгортанника... Прогноз зависит от наличия метастазов.

Ждет ли прогресс отоларингологию Орска?

– Нужно оборудование, хотя бы операционный микроскоп, – мечтает Фартушин. – Я, конечно, оперирую среднее ухо, делаю пластику перепонок на смотровом микроскопе, но необходим именно операционный аппарат. Однако финансирования не хватает. Нужны врачи. Есть надежда на дочь орского фтизиатра, которая учится на 6 курсе академии. По крайней мере, она обещает приехать в Орск работать лор-врачом...

За 18 лет в Орск не приехал ни один молодой отоларинголог.

Фото Дмитрия Бикбова

***

Научить сморкаться помогут ежики

Т. Пашина – заведующая лор-отделением детской горбольницы № 5. Татьяна Владимировна – один из самых талантливых врачей, она вылечила не одну тысячу детских носов. В отделении спасают от гнойных ангин, синуситов, ринитов, отитов, удаляют аденоиды… Частые гаймориты и аллергические риниты очень характерны для жителей Орска и всего Оренбуржья. Погода и экология этому всячески способствуют. Как не допустить серьезных осложнений, пытаясь самостоятельно помочь ребенку? В условиях дефицита лор-врачей в поликлиниках советы оперирующего профессионала более чем полезны.

1. Насморк необходимо лечить с первого (!) дня болезни. Промывать нос можно постепенно учить детей уже с трех лет. Подойдут растворы фурацилина, соли, отвары трав. Если в детском саду все «ходят сопливые», после прихода домой нужно вымыть нос, убрав все, что в нем накопилось.
2. Когда идет подъем заболеваемости ОРВИ, важно проводить профилактические мероприятия, используя оксолиновую мазь, принимая противовирусные препараты.
3. С двух лет ребенка нужно научить в форме игры сморкаться. К примеру, фыркая как ежики. Прежде чем закапать капли, нужно высморкаться и наносить лекарство на чистую слизистую. После применения сосудосуживающих капель нужно вновь высморкаться через 10 – 15 минут.
4. Если через 7 – 8 дней насморк не проходит, это причина бежать к специалисту.
5. Решение об удалении аденоидов принимается врачом только индивидуально. В норме к пяти годам они уменьшаются в размерах, а к 10 атрофируются совсем. Через 7 дней сосудосуживающие капли при отсутствии эффекта нужно заменить другими.
6. На ухо в острый период без осмотра врача не рекомендуется никаких компрессов! Капать масло, к примеру, облепихи, тоже нельзя.
7. До постановки диагноза читать принципы лечения в Интернете не следует. Можно начать лечить одно, а окажется, что это совсем другое.+
Ю. Замятина